Статьи / Аранжировщики и дирижеры биг-бендов
Каунт Бейси и Вилли Токарев. Музыкальные «графы».
Особая симпатия Вилли Токарева к Каунту Бейси неудивительна. И дело здесь не только в личном знакомстве, но и в принадлежности к единому культурному полю. Путь Токарева в классику легкой музыки лежал через ленинградский джаз, впитавший в себя лучшее из мировой джазовой традиции.
Так же как и Дюк (Герцог) Эллингтон, Уильям Бейси стал Графом (Каунт), уже будучи известным музыкантом. Он вырос в Канзас-сити, где до 30 лет работал пианистом в оркестре Бенни Моутена, после смерти которого Бейси организовал новый коллектив: он оставил лучших музыкантов из его оркестра и набрал новых из других канзасских бэндов. Буквально за год оркестр Каунта Бейси добился невероятной популярности. Первый продюсер джаза Джон Хэммонд и "король свинга" Бенни Гудмен отправились в Канзас на следующий день после того, как услышали оркестр Бейси по радио.
Оркестр Каунта Бейси является образцовым бэндом эпохи свинга. По аранжировкам для его коллектива играли и продолжают играть десятки и сотни джаз-оркестров всего мира, в то время как бэнд самого Бейси продолжал добрые старые традиции старых оркестров под руководством таких могикан джаза, как Глен Миллер и другие.
Оркестр Бейси играл невероятно четко и слаженно, в то время как фортепиано Бейси звучало довольно оригинально – он почти никогда не солировал, его редкие аккорды или даже отдельные ноты, казалось, только расставляют «знаки препинания» в уже сыгранных аранжировках. А легкий и воздушный аккомпанемент ритм-секции с неизменными аккордами на каждую долю гитариста Фредди Грина (за полвека сыгравшего всего несколько соло) максимально оттенял импровизации солистов.
Если Эллингтон в своих композиторских опытах был больше европейцем, чем американцем, то Бейси, напротив, развивал в основном только то, что шло от негритянских корней джаза. Импровизации его саксофонистов Лестера Янга и Хершела Эванса дали толчок развитию изысканно-концертного кула и танцевального ритм-энд-блюза. Кстати новинка для 30-х годов – электрогитара – впервые появилась в записях гитариста из оркестра Бейси Эдди Дэрема.
Сам Бейси нередко обращался к поп-музыке - от Джеймса Бонда до "Битлз"; у него начинал в 50-е годы продюсер Майкла Джексона Квинси Джоунс. И, вместе с тем, именно в оркестре Бейси стал регулярно появляться инструмент с сугубо академической репутацией – флейта, на которой играл саксофонист Фрэнк Уэсс.
Каунт Бейси не считал себя ни композитором, ни даже аранжировщиком, хотя без вещей, написанных для его оркестра и при его участии (например, One O'Clock Jump, Shiny Stockings, Allright, OK You Win и «привлеченной со стороны» баллады April in Paris), не существовало бы современного биг-бэндового репертуара. Аранжировщики, которые впоследствие стали лучшими из лучших - Нил Хефти, Сэм Нестико, Квинси Джоунс - начинали именно в биг-бэнде Каунта Бейси.
«Каунт Бейси – это уникальный оркестр, не имеющий себе равных. Его любят не только в Америке, но и по всему свету, и в России еще с советских времен, хотя он у нас ни разу не был. Я встречался с ним, жал ему руку и говорил с ним так же, как с вами, – рассказывает Вилли Токарев. – Я тогда работал в клубе на углу Бродвея и 50-й стрит в престижно-богемном театральном районе. Клубом владели кубинец и мексиканец. Туда приходили богатые люди в норковых шубах и джинсах с кедами. Помню, меня еще на первых порах удивляло это сочетание. Напротив нас был отличный клуб ‘Rosaline Dance’ – со вкусом сделанный сарай, где частью дизайна были туфельки Мерилин Монро, Алисии Алонсо и так далее. Однажды хозяин нашего клуба пригласил нас в антракте пойти через дорогу, послушать Каунта Бейси. И я не поверил своим ушам. Сегодня только с компьютером можно сделать такую технику, а тут её делали люди. После концерта я подошел к Каунту Бейси за кулисы, где была и его жена, и дети. Я сказал ему, что приехал из Советского Союза, что играл в оркестре нашего гениального дирижера – Анатолия Кролла. Он сказал: ‘I never heard this name’ – но попросил пластинку. У меня с собой не было. Я напел мелодии, которые мы играли. Он узнал среди них свой репертуар, и был просто очарован. «Скажите, Каунт, у кого вы учились аранжировке?» – спросил я его. И знаете, что он ответил? «Питер Чайковски!» Вот что он сказал.
Сегодня Вилли Токарев является одним из немногих музыкантов, продолжающих и пропагандирующих в России традиции Каунта Бейси. В этом ему, конечно, помогает опыт работы в лучших российских коллективах – джазовых оркестрах Анатолия Кролла и Бориса Рычкова, симфоджазе Жана Татляна под управлением Григория Клеймица. В своих аранжировках Токарев придерживается принципа «человек-оркестр», полностью контролируя все, что записывается. Вилли Токарев, так же, как и Каунт Бейси, является скорее не музыкантом-участником, а музыкантом-концептуалистом, своего рода «идеологом». Минимализм в его аранжировках и кажущиеся простыми гармонии, как и игра Бейси-пианиста, свидетельствуют о полном владении замыслом. «У каждого такого крупного музыканта, как Каунт Бейси, есть свой стиль, своя колоратура, своя уникальная система интерпретации, не присущая другим. Поэтому такого музыканта всегда легко узнать», – говорит Вилли Токарев. И сам он, не размениваясь на мелочи, сознательно отказываясь от излишней «цветистости», Вилли Токарев достигает вот этого самого главного – четкости и оригинальности музыкального языка и безусловной узнаваемости. С первой же ноты.
Статья опубликована: 11 сентября 2006
Другие статьи... / Другие статьи этого раздела...
